📷 G.Giuliani / East News

ЭТИ МОМЕНТЫ В ТЕЧЕНИЕ ДНЯ ОН ЛЮБИЛ БОЛЬШЕ ВСЕГО

После ужина Святой Отец отправлялся в свой кабинет, где работал до 21 – 21.30. Читал, писал, разрабатывал документы. Около 22 – 22.30 напоследок перед сном заглядывал в часовню. Это была индивидуальная молитва. Можно сказать, это был его Ясногорский Призыв.

– Перед сном он долго молился?

– Это был короткий визит.

– Он не уставал от такого длинного дня?

– Святой Отец отходил ко сну между 22.30 a 23.00. У него был сильный организм. Хватало шестичасового сна, и просыпался, отдохнувшим. Он был сильным человеком, быстро восстанавливал силы. Это также было заметно в тчение дня. Ему было достаточно вздремнуть четверть часа, и усталость отступала. Так было и во время паломничеств. Тысячи километров, десятки встречь и сотни тысяч паломников – усилие, превышающее возможности людей старше семидесяти лет. Так могло показаться. Мгновение передышки, короткий сон после обеда и Папа снова был вулканом энергии. Снова появлялиль крылья. Для нас это было удивительным. Мы также удивлялись тому, что Святой Отец – несмотря на то, что становился все старше, и все меньше у него оставалось сил – ни за что не хотел менять свой равспорядок дня. Мы просили, уговаривали. И все напрасно.  В последние годы он вставал позже – на целых полчаса. Затем все шло все в том же, хорошо известном ритме. Он не пропускал ни одной молитвы. По-прежнему много читал. Мы рекомендовали ему отказаться от некоторых религиозных практик или читать немного меньше, но сказал, что он никогда не этого не сделает, потому что это держит его в хорошем состоянии. Он читал все. Когда он получал книгу, то не позволял уносить ее в библиотеку. Просил, чтобы ее оставили на письменном столе. Он должен был хотябы просмотреть ее, прочитать несколько страниц. Иногда мы шутили с профессором Стычнем, что книги были наркотиком Святого Отца. Не было такой книги, мимо которой он прошел бы ровнодушно. Если в его поле зрения попадалась книга, он останавливался и просматривал ее с большим интересом. Он читал по-английски, по-немецки. У меня складывалось впечатление, что эти моменты в течение дня он любил больше всего. Когда он мог просто почитать в тишине. 

С согласия архиепископа Мечислава Мокшицкого – «Больше всего он любил вторники»

Издательство M, Краков 2008 г.

Перевод: Татьяна Лахмицкая