John Paul II Foundation

ОБЫЧНЫЙ ДЕНЬ ПАПЫ Ч. II

В 11.00 утра, за исключением сред, когда проходили генеральные аудиенции, начинались частные и официальные визиты. Принимались отдельные лица и группы. Епископы, главы государств и главы правительств, люди мира культуры, деятели из разных стран. В начале понтификата аудиенции часто длились до 14.30.Папа никого не отсылал, никогда не прерывал, позволял сидящему перед ним человеку высказать все, что лежало у него на сердце. Затем, с течением времени, эти встречи стали короче.Приближалось время обеда. Иоанн Павел II всегда приглашал других людей к столу.Благодаря этому он узнавал, что происходит в мире и в христианских общинах. (…) Чаще всего папа слушал или задавал вопросы, собирая информацию о конкретной ситуации или проблеме.Во время еды он сидел спиной к кухне, у одной из длинных сторон прямоугольного стола.Напротив гости занимали места, если их было только двое или трое.В случае большего числа приглашенных, гости садились по левой и по правой стороне стола, где они обычно сидели личные секретари. (…) Мы обычно ели блюда итальянской кухни. Подавали пасту, затем мясо с овощами, воду и немного красного вина.Вечером, как правило, был суп и рыба.Только во время больших праздников польская кухня возвращалась к милости, и тогда монахини могли похвастаться своими способностями: на первое – был борщ или какой-то другой суп, на второе отбивная с картофелем и салатом, затем десерт – маковый пирог или сырник. Папа ел мало, но старался попробовать все, что подавали. Он привык к этому со времен юности, когда во время войны еда была очень скромной, и главной проблемой было найти кусок сухого хлеба или несколько картофелин. С тех пор Кароль Войтыла не уделял слишком много внимания еде.Но было что-то, что ему особенно нравилось: сладости, особенно итальянские. А также кофе. Он пил его с утра и после обеда.С течениемлет Святой Отец нуждался в более длительном отдыхе после обеда, который сопровождался молитвой. Действительно, как только было это возможным, а фактически до самой смерти, он выходил на террасу, как летом, так и зимой.Это было его любимое место. Он останавливался для размышлений перед разными иконами, особенно перед небольшим алтарем с фигурой Фатимской Божьей Матери. Всегда молился полной молитвой Розария, своей любимой молитвой. В каждый четверг у него был святой час, а по пятницам – Крестный Путь, независимо от места, в котором находился, даже в самолете или вертолете, как, например, во время полета в Галилею. Для него Святая Месса, молитва Литургией Часов, частое поклонение Святым Дарам, сосредоточение, молитвы, еженедельные исповеди и религиозные практики (до старости он соблюдал пост) были основными элементами его духовной жизни, то есть его постоянного пребывания в близости Бога. Я хотел бы сказать, что это абсолютно не имело ничего общего с нездоровым религиозным фанатизмом. Он был влюблен в Бога. Он жил Богом. Он всегда находил новые слова, чтобы молиться и говорить с Богом.

  Кардинал Станислав Дзивиш – «Свидетельство»

Перевод: Татьяна Лахмицкая